RUSMET.RU : Публикации
20.11.2018, Московское время: 22:55

Новости-online (Регион-Информ-Москва)
19.03.2003 15:00
ОРЕНБУРГСКАЯ ОБЛАСТЬ

Юрий Кривоносов: "Если мы заинтересованы в развитии цветной металлургии и хотим
развивать свои предприятия, создавать один передел за другим, то ситуацию надо
перетерпеть, а комбинат достроить".
Не слишком далеко ушам в прошлое (да и ушли ли навсегда?!) те времена, когда
вокруг крупнейших предприятий области, таких как Медногорский медно-серный
комбинат, НОСТА (ОХМК), ЮжУралникель, Южноуральский машиностроительный завод
(ЮУМЗ) и ряда других кипели вулканы страстей. Теперь бурная вулканическая
деятельность вроде бы закончилась (по крайней мере внешне), пришло время
посмотреть, что приобрели, а что потеряли все участники передела: и хозяева и
трудовые коллективы, и, собственно, производство, и, по большому счету, все мы,
оренбуржцы. "ОН" постарается ответить на связанные с данной темой вопросы.
Первым "на ковер" вызывается Медногорский медно-серный комбинат.
Чем это так пахнет?
Медногорск по-прежнему встречает стойким запахом серы. Но с некоторых пор
медногорцы на этот самый запах реагируют скорее положительно, нежели
отрицательно. Он стал показателем того, что комбинат, который дает работу более
2500 человекам, а значит, и средства к существованию такому же количеству семей,
действует. Концентрат идет, медь плавится (в 2002 году объем производства
черновой меди увеличился по сравнению с предыдущим периодом почти на 30
процентов), отгружается потребителю, платятся вовремя налоги в бюджеты всех
уровней, зарплата, а то и премии...
Плавильщики шестого разряда несколько месяцев назад стали получать шесть-семь
тысяч и пока особо не ропщут. Хотя те, кто побывал на Среднеуральском
медеплавильном заводе (СУМЗ - одно из ведущих предприятий Уральской
горно-металлургической компании), прекрасно знают, что специалист такого же
уровня зарабатывает там больше, а условия труда у него лучше. Но знают и другое:
объемы производства на СУМЗе намного выше. Этому уральскому предприятию, в
отличие от нашего ММСК, удалось как-то проскочить между Сциллой и Харибдой, и
избежать неприятностей, связанных с переделом собственности.
Впрочем, если говорить о темпах роста объемов производства и ряде других
финансово-экономических показателях 2002 года, то тут наши медногорцы не
единожды (итоги в УГМК подводятся ежеквартально) обходили все другие предприятия
компании. Оказалось, что даже незначительные капиталовложения, направленные на
совершенствование технологии на уже имеющемся оборудовании, смогли обеспечить
значительный рост прибыли и экологический эффект (глава администрации города
Игорь Стрельников уверяет, а медногорцы подтверждают, что в печально известной
речке Блява, запруженной прошлым летом, можно было не только купаться, но и
ловить пескарей -рыбу, которая водится далеко не во всех с виду благополучных
водоемах).
Конечно, проблем по-прежнему масса. В буквальном смысле - горы. Те, что
накопились за десятилетия работы ММСК и отравляют жизнь медногорцам. С переходом
на Гайский концентрат выбросы в атмосферу вредных веществ в 2002 году по
сравнению с наиболее благополучным 1995-м увеличились вдвое (правда, и объемы
производства тоже). Экологические службы отнюдь не так терпеливы, как сами
горожане, и требуют неукоснительного выполнения природоохранного
законодательства.
Больше плавим - сильнее травим
Увы, на сегодняшний день ситуация выглядит именно таким образом. В 30-е годы
прошлого века, когда ММСК только строился, расчет делался на специфические
небогатые руды Блявинского месторождения. Отсюда и установка: комбинат
производит полуфабрикат, содержащий 10-12 процентов меди, а до черновой меди он
дорабатывается на других медеплавильных предприятиях Урала. Так продолжалось до
1962 года, когда в результате ввода дополнительных мощностей на предприятии
появился законченный цикл с получением черновой меди, элементарной серы и серной
кислоты.
Но в начале 70-х в результате прекращения добычи руды на Блявинском карьере
сырьевая база комбината резко ухудшилась: на переработку стало поступать сырье,
в котором собственно меди было 1-2 процента, а также отходы и полуфабрикаты
предприятий цветной металлургии. В итоге с 1978 года комбинат стал убыточным, а
почти 40-тысячный город с близлежащими поселками Никитине и Ракитянка приобрел
дурную славу экологически опасного места.
Только через десять лет была утверждена правительственная программа по
восстановлению комбината с полным изменением технологической схемы. По окончании
первого этапа реконструкции в 1995 году вредные выбросы были сокращены в... 60
раз!
Но, увы, реконструкция по намеченной схеме была осуществлена далеко не
полностью.
После того как в 1992 году комбинат был преобразован в акционерное общество
открытого типа, у него появилась возможность работать на высококачественном
монгольском концентрате с высоким содержанием меди и низким - серы. Полагая, что
так будет всегда, в 1996 году начинается строительство цеха электролиза меди и
производства по извлечению попутных металлов в готовую продукцию. Пускали его с
помпой: прибыль от продажи катодной меди за рубеж должна была покрыть все
расходы и принести хорошие дивиденды комбинату.
Имея наполеоновские планы, бывший генеральный директор Юрий Король и слышать не
хотел о создании в области собственной медно-никелевой корпорации на базе
горнодобывающих и перерабатывающих предприятий Оренбуржья. Он решил выжить в
одиночку. Однако зарубежные поставщики оказались ненадежными. С местными Король
перессорился. Над комбинатом нависла грозовая туча. Его кругом обложили
кредиторы. Рабочие перестали получать зарплату...
Не буду утомлять читателя всеми перипетиями и схемами вывода предприятия из-под
банкротства, но замечу, что новым хозяевам, которые к тому времени уже владели
Гайским ГОКом, удалось-таки получить комбинат без. долгов. Естественно, первое,
что они сделали - запустили схему поставки концентрата: Гайский ГОК - ММСК,
между которыми всего 100 километров, то есть затраты на перевозку сырья были
сведены к минимуму. Вообще Медногорский медно-серный тем и привлек внимание
УГМК, что находится рядом с сырьевой базой. Но не все так просто.
Шаг назад - два вперед?
Юрий Король не случайно не хотел работать на бедном медью Гайском концентрате.
Хлопот с ним куда больше - вновь возникают очень серьезные проблемы с экологией,
с реконструкцией цеха по производству серной кислоты, на которой был уже
поставлен крест. Знали об этом и новые хозяева. Но нынешний генеральный директор
комбината Юрий Кривоносое считает, что другого пути нет.
Теперь можно сколько угодно - посыпать голову пеплом, но то время, когда можно
было создать в области свою медно-никелевую цепочку, получать при этом дивиденды
и более солидные отчисления в областной бюджет, безвозвратно потеряно. Скажем за
это "спасибо" и бывшим депутатам Законодательного собрания, которые не одно
заседание потратили на то, чтобы идею создания корпорации зарубить на корню.
Получилось, что поезд загнали в тупик, потому что машинист кое-кому не внушал
доверия.
Выводить его оттуда взялась другая команда. Менеджмент УГМК продумал стратегию
развития медеплавильного производства на Урале почти на десятилетие вперед,
причем с включением в эту цепочку ММСК. То есть разговоры о том, что это
предприятие никому не нужно, можно прекратить.
Два в одном
Реконструкция цеха по производству серной кислоты, являющейся неотъемлемой
частью производства черновой меди, поставлена как задача первостепенной
важности.
- Мы получим металлургическое предприятие, имеющее нормальную экологическую
защиту, - утверждает Ю. С. Кривоносов. - Даже с учетом перспективы расширения
медеплавильного производства сможем утилизировать все металлургические газы.
Технико-экономическое обоснование проекта давно готово. Но финансирование до сих
пор не открыто, поскольку проект увяз в бесконечных согласованиях, причем весьма
дорогостоящих. Еще не забито ни одного колышка на стройплощадке, а уже исписаны
десятки килограммов бумаги и заплачены сотни тысяч рублей за различные
экспертизы. Очередное требование Главного управления природных ресурсов и охраны
окружающей среды соответствующего Министерства природных ресурсов по
Оренбургской области: провести опрос жителей Медногорска на предмет их
согласия-несогласия с проектом, который, напомню, призван значительно освежить
воздух в городе и его окрестностях. Суть проблемы в том, что проект связан с
производством более 190 тыс. тонн серной кислоты (комбинат-то и называется -
медно-серный), которая сама по себе является достаточно опасным продуктом.
Правда, расчеты специалистов показывают, что весь этот объем будет востребован
предприятиями, которые находятся здесь же, на востоке области, а завозят кислоту
из-за ее пределов.
Впрочем, реконструкция сернокислотного производства это, будем надеяться, только
начало нового развития ММСК. В ближайших планах - строительство более мощной
печи взвешенной плавки с максимальным переводом сюда концентратов Гайского ГОКа.
Насколько нам известно, вопрос объединения этих двух предприятий в одно под
крышей УТМК практически решен, правда, подробности пока не афишируются и делать
выводы о том, хорошо или плохо - сложно. Медногорцы опасаются, что центр тяжести
будет перенесен в Гай, и тогда комбинат вовсе откажет городу в решении его
социальных проблем.
Глава администрации Медногорска Игорь Стрельников уже сейчас высказывает
недовольство снижением налоговых поступлений ММСК в муниципальный бюджет, глава
администрации области Алексей Чернышев - в областной. Говорят, что на недавней
встрече с генеральным директором "УГМК-Холдинг" Андреем Козицыным губернатор
сильно гневался и настоятельно рекомендовал заключить-таки соглашение о
социальном партнерстве, как это сделано с ТНК. Но об этом мы поговорим
как-нибудь в другой раз.
"Оренбургская неделя" (Оренбург), 19.03.2003, "Чёрная медь", Татьяна Юлаева